1.4. Информация.

       Рассмотрим понятие, которое ранее было незаметно использовано в рассуждениях. Этим понятием является информация. Есть желание или нет, но рассуждения идут вокруг существующей философии и, поэтому, необходимо определить, что собой представляет информация с точки зрения ее понятий и категорий.
       В диалектическом материализме для характеристики объекта введены четыре основные категории: материя, количество (материи), качество (материи) и движение (материи). Предполагается, что любой объект полностью ими определяется. Поскольку используемая аксиома гласит, что информация всегда имеет материальный носитель, будем считать, что информация в совокупности с материальным носителем является материальным объектом, и на основании этого попытаемся определить основные свойства этого объекта.
      Согласно первым словам определения информации, взятого из энциклопедического словаря [2], информация - это сведения (см. приложение, 6). И если предположить, что понятие "сведения" интуитивно выглядит ясным в связи с практическим опытом, то также должно быть ясно, что в этом кратком предварительном определении чего-то явно не хватает. В определении не хватает, во-первых, того, что эти сведения являются сведениями о чем-то, поскольку сведения ни о чем - полный нонсенс, и, во-вторых, того, что это что-то должно быть основано на материальности окружающего мира, т.е. должно быть объектом, имеющим свойства, которые определяют в своей полной совокупности его состояние.
       Получаем, что информация - это сведения об объекте (или о свойствах объекта), поскольку добавление к определению информации понятий "о чем-то" и "что-то" предполагает установку некоторых граничных условий (границ) создающих дискретность в непрерывном мире. Множественность граничных условий позволяет говорить не только о свойствах объектов, но и приводит к образованию понятия системы объектов, несмотря на то, что в непрерывном мире невозможно абсолютно точно сказать, где кончается один объект и начинается другой. Установка граничных условий является прерогативой субъекта и существует как условие для образования понятий и, соответственно, понятийного аппарата.
       Исходя из аксиомы, информация об объекте сама по себе является материальным объектом. Следовательно, информация об объекте, должна нести в себе свойства этого объекта или, говоря иначе, должна нести в себе часть его состояния. В связи со своей материальностью объект, именуемый информацией, сведений о чем-то другим способом нести не может. Таким образом, из аксиомы с необходимостью следует, что информация (сведения) о материальном объекте, должна хотя бы частично состоять из свойств исследуемого объекта. Все это должно быть интуитивно понятно без большого углубления в философию, хотя небольшое углубление, конечно, придется сделать. Но что тогда могут представлять собой сведения о движении? Корректно ли, с философской точки зрения, заниматься поиском "сведений о движении"? Для выяснения этого рассмотрим абстрактный пример.


       Один объект.

       Попробуем представить себе объект, "движущийся" в пустом пространстве с некоторой определенной постоянной линейной скоростью (прямолинейно и равномерно). По существующим представлениям так выглядит объект, определяемый как инерциальный. Другими словами, представим, что некоторый объект после взаимодействия с другим объектом приобрел скорость и после этого оказался изолированным от всего мира. Вопрос: "Движется он или нет?" На вопрос необходимо отвечать утвердительно, как, к примеру, на вопрос: "Как зовут Александра Сергеевича Пушкина?", поскольку в самом примере сказано, что объект "движется". Но существует и другой вариант. Можно приписать данное движение (говорим только о прямолинейном и равномерном движении!) внутреннему состоянию, внутреннему свойству объекта, т.е. чему-то, частично полное состояние этого объекта определяющему. Каким образом это можно сделать? Поступим так. Пусть объект имеет некоторую постоянную скорость V. Отметим, что здесь не говорится, что он движется со скоростью V, а говорится, что он имеет скорость V. Если в физике для данного случая понятие "движется" эквивалентно понятию "имеет", то в философии эти понятия несут совершенно разную смысловую нагрузку. Итак, объект имеет скорость V. Поскольку, по условию, скорость неизменна, постольку объект, определяемый этим единственным свойством, НЕ движется в связи с тем, что движение - это изменение. Следовательно, можно представить, что скорость - это внутреннее свойство объекта, которым, - раз уж объекту предписана изолированность от остального мира, - объект ни с кем и ни с чем не делится. Т.е. получается, что данное свойство - скорость - можно представить не более и не менее внутренним свойством объекта, чем, к примеру, такое свойство, как масса этого объекта.
       Может показаться, что здесь написан бред, чепуха. Действительно, мы говорим, что машина, имея некоторую постоянную скорость, движется, самолет - движется и спутник - тоже движется; поэтому утверждение, что их можно представить неподвижными может показаться не только странным, но даже более того. Исключить признаки сумасшествия, т.е. неадекватного отражения реальности, можно, зайдя на эту же мысль еще с одной стороны. Итак, пусть объект имеет скорость V. Это означает, что к тому, что называется полной внутренней энергией объекта, добавлена энергия, привносимая постоянной линейной скоростью объекта (такая скорость будет, очевидно, присутствовать у всех его компонент). Подумаем, какие параметры объекта могут влиять на величину полной внутренней энергии объекта. К таким параметрам, к примеру, можно причислить массу или температуру. Но эти характеристики относятся к тому, что мы привыкли называть свойствами объекта. Следовательно, если постоянная линейная скорость влияет на полную внутреннюю энергию объекта, значит, она также является свойством данного объекта. А поскольку было предположено, что данная скорость постоянна, постольку этим условием данное свойство объекта оставлено без изменения и, очевидно, без движения.


       Два объекта.

       Представим теперь, что в пространстве существует не один, а два объекта. Ничто не мешает абстрактно представить один из объектов висящим в пространстве (покоящимся) или, что то же самое, имеющим нулевую скорость. Несмотря на то, что оба объекта будут инерциальными по свойству "скорость", т.е. неподвижными каждый сам по себе, движение здесь все же будет присутствовать. Оно определится, как изменение пространственных характеристик или параметров системы из двух объектов: объекты будут удаляться друг от друга или приближаться друг к другу. Т.е. не скорость каждого из объектов, являющаяся постоянной, а изменение пространственных характеристик образуемой ими системы будет являться для гипотетического наблюдателя, находящегося на любом из этих двух объектов, источником информации о движении этой системы. Данное движение будет зависеть от свойств каждого объекта. В данном случае, от скорости каждого из них.
       Вполне очевидно, что на каком бы объекте не находился наблюдатель, он не сможет определить, какой из объектов вносит в систему данное пространственное изменение. Т.е. он не сможет определить, какой из объектов обладает свойством "скорость", а какой нет. Например, наблюдатель, находящийся на одном из объектов, может сказать, что движется его "родной" объект, в то время как "чужой" стоит на месте. Но он тут же может изменить свою точку зрения и заявить обратное, т.е. то, что его "родной" объект стоит на месте, а "чужой" движется. Более того, он может тут же отказаться от своих слов и заявить о движении обоих объектов. Во всех случаях он будет прав.
       В качестве примера (часто используемого) можно привести движение двух поездов, в одном из которых находится наблюдатель. Каждый, кто ездил в поезде, знает, что если смотреть на другой поезд в тот момент, когда один из них трогается с места (а очень часто бывает, что они трогаются без рывков и толчков), то в первый момент невозможно определить, какой же из поездов тронулся с места. Для определения этого необходимо будет повернуть голову и посмотреть в противоположное окно. Если вокзал не будет удаляться, значит, изменил свое состояние, т.е. набрал скорость, другой поезд.
       Если в пространстве присутствуют всего два инерциальных (по скорости) объекта, то их движение представляет собой для наблюдателя изменение пространственных характеристик системы, которую они составляют. Наблюдатель может зафиксировать только это изменение и не более того. Если привлечь к рассмотрению общеизвестные законы физики, то из них будет следовать, что для того чтобы выяснить, какой из объектов вносит в систему изменения в случае равномерного прямолинейного движения, необходимо наличие точки отсчета. Такой точкой отсчета может быть любой из двух объектов, если приписать ему (наглым ученым образом) нулевую скорость. В этом случае, независимо от того, какой из объектов выбран за точку отсчета, второй объект будет иметь некоторую скорость V. Другим вариантом (более распространенным) является выбор точки отсчета на некотором третьем объекте. Чаще всего это происходит тогда, когда объектов больше двух. Тогда из-за любви к одному из них (обычно из-за свойства "большая масса"), наблюдатель выбирает его за точку отсчета. В примере с поездами таким третьим объектом являлись "привязанные" к поверхности Земли вокзал или любой придорожный столб, т.е. в конечном итоге, сама Земля.
       Когда точка отсчета выбрана, внутреннее свойство объекта - прямолинейная равномерная скорость - принимает относительно этой точки вполне определенное значение. Оно, в силу изложенного, будет относительным. Т.е. если поменять точку отсчета, то вполне возможно, что для каждого объекта его внутреннее свойство "скорость" придется "пересчитывать".


       Три объекта.

       Таким образом, третий объект, как точка отсчета, необходим для того, чтобы, к примеру, грамотно разобраться с несчастном случаем на киллерском производстве и не заявить, что пострадавший сам налетел на пулю. При правильно выбранной точке отсчета обычно все оказывается наоборот, т.е. пуля летит в свою жертву. Но третий объект, в дополнение к рассмотренным двум, необходим еще и совершенно по другой причине. Вернемся к приведенному примеру с двумя объектами в пустом пространстве и гипотетическим наблюдателем, находящимся на одном из них. Зададимся вопросом, каким образом наблюдатель может зафиксировать наличие соседнего объекта? Ответ очевиден: если в системе есть всего два объекта, на одном из которых находится наблюдатель (корректнее будет представить, что наблюдатель сам является объектом, а не располагается на объекте), то он никак не сможет обнаружить присутствие второго объекта. Для того, чтобы он смог это сделать, необходимо систему расширить до существования еще хотя бы одного, третьего объекта.
       Представим, что у наблюдателя есть мяч (третий объект), который он запускает в пространство. Если этот мяч случайно попадет в искомый объект и так же случайно вернется к наблюдателю, то только тогда объект будет обнаружен. В данном случае для того, чтобы обнаружение соседнего объекта произошло, наблюдатель должен зафиксировать, что к нему по неведомым причинам вернулся тот же самый мяч.
       То есть, информацию об искомом, соседнем объекте может принести только другой материальный объект, совершивший с соседним объектом непосредственный физический контакт. В противном случае искомый объект будет невидимым, неощущаемым. Причина здесь проста. Для того, чтобы зафиксировать наличие объекта, необходимо получить информацию (сведения) о нем. По аксиоме информация должна иметь материальный носитель. Если в рассматриваемом примере представить пространство математическим, т.е. нематериальным, то, при условии существования в таком пространстве всего двух объектов, материальной основы для передачи информации о свойствах соседнего объекта взять будет неоткуда. Таким образом, из данных рассуждений следует, что пример, где в пространстве существуют два объекта с расположенным на одном из них гипотетическим наблюдателем, достаточно абсурден. Гипотетический наблюдатель ничего не сможет зафиксировать, какими бы способностями он не обладал. Необходим либо непосредственный контакт (взаимодействие) наблюдателя с исследуемым объектом, либо контакт с ним через посреднический материальный объект. Любое другое утверждение немедленно скатывает философию к идеализму. Скатывание это не столько страшно, сколько неинтересно по той простой причине, что мир в этом случае перестанет поддаваться какой-либо логике и, следовательно, утверждения, построенные на основе такой философии, невозможно будет подвергнуть целенаправленной практической проверке. А именно практика и следующие из нее факты, как известно, являются критерием истины.


       Так что же это такое, информация?

       Будем понемногу уточнять это понятие и для начала проследим, как она образуется. Исходя из проведенных рассуждений, определим информацию не как сведения об объекте, а как сведения об ИЗМЕНИВШЕМСЯ объекте. Эта небольшая добавка существенно уточняет рассматриваемую картину взаимодействия объектов. Вернемся к примеру с гипотетическим наблюдателем, запускающим в пространство мяч. Для того, чтобы мяч принес информацию или сведения о существовании второго объекта, он должен изменить направление своего движения на противоположное. В противном случае, если мяч не вернется, наблюдатель может предположить, что пространство пустое. Тем не менее данное предположение также будет основано на информации, соответствующей определению. Можно считать, что данную информацию принесло изменение наблюдателя, поскольку сообщить мячу скорость и не изменить при этом свое собственное состояние невозможно. Кроме того, если считать пространство материальным, то информацию принесет изменившееся пространство, наполнившееся мячом. Изменение состояний пространства, мяча и наблюдателя и будем в данном случае считать процессом получения информации.
       Рассмотрим, что произойдет, если мяч вернется обратно. Поскольку такое изменение - изменение направления вектора скорости - может вызвать только взаимодействующий с мячом объект, то, соответственно, изменятся качественные и количественные характеристики самого объекта. Об этом говорят пока не опровергнутые законы сохранения вещества и энергии. Таким образом, информацию о реальном объекте можно получить только путем ИЗМЕНЕНИЯ (сколь угодно малого) характеристик, определяющих его состояние. Кроме того, объект, несущий информацию, должен изменить "наблюдателя", независимо от того, является "наблюдатель" объектом или субъектом. Следовательно, пока не удалось опровергнуть утверждение, что информация является сведениями об изменившемся объекте. Более того, появилось новое утверждение, что процесс получения информации всегда представляет собой процесс изменения состояния наблюдателя.
       Представим теперь другой вариант. Пусть мяч изначально принадлежит не объекту, на котором расположен наблюдатель, а соседнему объекту. Пусть он "выстреливается" с этого соседнего объекта и попадает прямо в наблюдателя. Может ли наблюдатель в этом случае сказать что-нибудь конкретное о соседнем объекте? Нет. Он не сможет сказать ничего толкового. По изменению своего состояния при столкновении с мячом он сможет судить только о скорости мяча и сможет выдвинуть ПРЕДПОЛОЖЕНИЕ, гипотезу о возможном существовании соседнего объекта. Но он также имеет право на выдвижение любой другой гипотезы, связанной с данным феноменом. Это равнозначно созданию какой-либо модели, связанной (коррелированной) с возникшим ощущением собственного изменения. Откуда-то же мячик взял скорость, откуда-то же она возникла, что-то же это свойство ему сообщило. И не более того. Чтобы модель соседнего объекта, являющаяся результатом изменений как объекта, так и наблюдателя стала более точной, наблюдатель должен быть "поражен" множеством мячиков, - такими, например, "мячиками", как фотоны.
       В данной ситуации отметим следующую деталь. Мячик - до того как им "выстрелили" с объекта - принадлежал объекту, т.е. определял его полные совокупные свойства. "Выстрел" - это выход мячика за границу, определяющую объект. Следовательно, это - изменение данного объекта (теряется и масса, и энергия). Таким образом, на основании свойств мячика можно получить сведения только об измененном (изменившемся) объекте. И сведений-информации нельзя получить больше, чем их содержится в свойствах (состоянии) каждого "выстреленного" мячика.
       Существует еще один вариант рассуждений, т.к. можно представить, что мячик не принадлежал ни одному из двух рассматриваемых объектов. В этом случае мячик должен прилететь неизвестно откуда, отразиться от одного из объектов (зеркала) и попасть в наблюдателя, расположенного на другом объекте. Тем не менее очевидно, что отражая, объект также вынужден будет измениться, передавая мячику информацию о некоторых своих свойствах. И очевидно, также, что наблюдатель должен будет изменить свое состояние под воздействием СОВОКУПНЫХ свойств мячика и объекта.
       Итак, сведения и информация образуются тогда, когда один объект "дарит" другому объекту часть своих свойств или часть своего состояния.
       Информация для одного объекта - это часть свойств другого объекта.
       Следовательно, процесс получения информации наблюдателем - это процесс отслеживания изменений своего собственного состояния в результате взаимодействия с изменяющимися окружающими объектами.


       Может ли один объект получить полные сведения о состоянии другого объекта?

       Исходя из того, что информация - это часть свойств (состояния) другого объекта, можно абстрактно представить, что каждый объект несет о себе некую ПОЛНУЮ информацию, поскольку он может передать другому объекту не часть своего состояния, а все состояние. Но такое представление противоречит определению, что информация является сведениями об изменившемся объекте. Определение информации говорит о том, что ни один объект не может получить полную информацию о другом объекте. Если бы какой-то объект получил полную информацию о другом объекте, это означало бы, что он получил полное состояние этого объекта или полную совокупность его свойств. А отсюда следовало бы, что объект получил информацию о НЕизменном объекте. Как выйти из противоречия?
       Обратимся к примеру. Возьмем обыкновенное яблоко. Можем ли мы узнать его вкус, не прикоснувшись к нему? Очевидно, нет. Мы можем сделать не более, чем предположение об его вкусовых качествах, опираясь на свойства ранее созданных в мозге моделей. Для полной же уверенности в правильности предположений необходимо откусить от этого яблока кусочек. Таким образом, вкус яблока будет определен. Но будет определен вкус не всего яблока, а только данного кусочка. Никто не может запретить кусочку с противоположной стороны или в сердцевине яблока иметь отличающийся вкус, как, например, бывает с огурцом. Чтобы получить приближающееся к полному знание о вкусовых качествах данного яблока, его нужно съесть полностью. Но что же тогда получится? Какое-то знание о вкусовых качествах яблока, а также о его массе есть, но самого яблока нет. Оно теперь определяет состояние исследователя. О чем получена информация? Об изменении состояния исследователя или о яблоке? Вопрос не праздный, потому что при передаче информации яблоко изменило свои качественные и количественные характеристики и превратилось либо в пространство, либо в огрызок яблока, т.е. в объекты, по некоторым своим свойствам от яблока отличающиеся. И все-таки из данного рассуждения вовсе не следует, что наблюдатель на основе определения изменений своего состояния получал информацию не о яблоке, а о самом себе. Ведь до тех пор, пока не появился огрызок, перед наблюдателем было яблоко или, скажем, объект. Пока свойства этого объекта (обычно определяемые на основе свойств фотонов) не вышли за некоторые заданные граничные условия, наблюдатель определял его яблоком, а не огрызком. Поэтому информацию он получал о яблоке. Другое дело, что информация об этом яблоке, пополнившая своими текущими свойствами свойства наблюдателя, оказалась не полной. Почему? Хотя бы потому, что наблюдатель не смог поглотить ранее существовавшие пространственные координаты яблока. А состояние яблока и следовательно полную о нем информацию, определяет вся совокупность свойств, а не только вкус (химическое состояние), масса, температура и прочее.
       Текущее состояние яблока, как впрочем и любого объекта, определяется помимо всего координатами в пространстве. Переместив яблоко в себя и получив, таким образом, якобы полную о нем информацию, наблюдатель получает информацию не о том яблоке, которое БЫЛО, а о том, которое ЕСТЬ. То яблоко, которое было и то яблоко, которое есть, различаются координатами. А получить полную информацию о координатах объекта невозможно даже в том случае, если переместиться на место объекта. Это утверждение в дальнейшем будет рассмотрено более подробно. Здесь же небесполезно обратить внимание на то, что яблоко, как информация о "бывшем яблоке", попала в тело наблюдателя, а не в его мозг. Поскольку, по аксиоме, мозг получает информацию только на материальном носителе, следует утверждать, что даже в том случае, если бы тело все-таки сумело поглотить координаты бывшего яблока, т.е. сумело бы получить полную о нем информацию, мозг получил бы только часть этой информации и, к тому же, искаженную свойствами (по научному - шумом) самого субъекта.


       Почему не нужно разрушать все объекты, чтобы получить о них информацию?

       Понимая, что уничтожение яблока привело к получению информации о вкусе ТОЛЬКО данного яблока, попытаемся разобраться, почему для того, что иметь информацию о вкусе других яблок, наблюдателю-субъекту не обязательно надкусывать все яблоки.
       Дело в том, что при изменении (уничтожении) одного яблока и получении, вследствие такого уничтожения (взаимодействия между объектами), информации, будет составлена модель предполагаемых вкусовых качеств любого яблока с данной яблони. Почему? Потому что при определении вкуса яблока наблюдатель определяет не только данное свойство. При взаимодействии с фотонами, на основе свойств фотонов, он одновременно определяет форму и цвет яблока. А это тоже свойства, которые характеризуют состояние яблока.
       Пусть исследователь уничтожил одно яблоко. В результате всех взаимодействий состояние наблюдателя изменится свойствами яблока с одной стороны и свойствами фотонов, изменивших свое состояние согласно свойствам яблока, с другой стороны. В результате "последовательно-параллельного" изменения свойств наблюдателя информация будет зафиксирована в объектах коры головного мозга. Мозг будет представлять собой систему с неоднородными свойствами, в котором граничными условия можно выделить объекты-модели, отразившие свойства яблока. Одна модель будет отражать вкус яблока, другая - его форму, третья - цвет (рис.1) и т.д. Данные модели будут разными материальными объектами - поскольку информация поступает по разным каналам - и, одновременно, будут представлять собой систему объектов, - объект более высокого уровня, состоящий из взаимодействующих и коррелированных между собой объектов более низкого уровня.


Рис.1

       Субъекту, имеющему данные модели (материальные объекты, являющиеся функциями потребленных свойств объектов реального мира), большой необходимости кушать следующее яблоко нет. По тем изменениям собственного состояния, которые происходят в результате взаимодействия с фотонами, отражающимися от другого яблока (яблоко мы не видим, мы "видим", т.е. ощущаем фотоны!) и по тем ранее созданным моделям "вкуса", "цвета" и "формы" мы можем выдвинуть ПРЕДПОЛОЖЕНИЕ, что объект, от которого отразились фотоны, имеет "вкус" ранее уничтоженного яблока.


Рис. 2

      Таким образом, если назвать объективной ту информацию, которая производит непосредственное изменение свойств субъекта, то СУБЪЕКТИВНОЙ будет ПРЕДПОЛАГАЕМАЯ информация. Т.е. в результате потребления свойств фотонов - объективной информации - и в результате взаимодействия в мозге моделей, включающих в себя свойства ранее полученной объективной информации, субъект получает возможность "знать" о скрытых свойствах ПОДОБНОГО объекта. В данном случае он получает возможность "знать" о вкусовых качествах яблока с ТОЙ ЖЕ яблони не прикасаясь к этим яблокам. Естественно ожидать при этом, что субъективная информация может быть ошибочной. И нет ничего удивительного в том, что ошибалась Белоснежка, кушая яблоко из рук злой колдуньи, что ошибаются путники, стремящиеся в пустыне к "оазису", что внутри металлических изделий, в которых не должно быть пустот, пустоты вдруг обнаруживаются.
       Обычно ПРЕДПОЛАГАЕМОЙ, субъективной информации субъекту оказывается вполне достаточно для того, чтобы выжить в этом мире. Но иногда информации требуется больше. Тогда качественное состояние "усредненного" яблока уточняется путем съедания на выбор еще пары-другой натуральных яблок. Так, кстати, поступают не только в сельском хозяйстве, но и в промышленности, создавая так называемые статистические выборки. Т.е. для того, чтобы получить информацию о мире, необязательно разрушать его полностью, необязательно надкусывать все яблоки. Достаточно разрушить что-нибудь одно, получить необходимую ОБЪЕКТИВНУЮ информацию, а все остальное с предполагаемыми подобными свойствами оставить в целости и сохранности, распространив на оставшееся свойства того, что было разрушено. Поэтому, поскольку субъективная информация является предполагаемой, а состояние коры головного мозга определяется объективной информацией, говорить о том, что возможно получить сведений (информации) о мире больше, чем ее заключено в состоянии этого мира, бессмысленно.

 

Сайт создан в системе uCoz